Евгений Тищенко: «В личном общении Тайсон Фьюри абсолютно адекватный»

— Евгений, что думаете о ситуации вокруг коронавируса? Как пандемия сказывается на вашей жизни?

— Мнения тут разделились: кто-то переживает, кто-то маски надевает, а кто-то считает, что это искусственно раздутая проблема и не обращает на нее большого внимания. Минус в том, что сейчас все закрыто – и залы и фитнесс-центры. И если тренироваться, то только на улицах, в парках, в домашних условиях. Наверное, в этом для нас главные минусы. Пока у меня нет новой даты боя, и, скорее всего, все поединки перенесут на неопределенное время. Повсеместно шоу отменены. Надеюсь, все в ближайшее время прекратиться, и мы вернемся к прежней жизни. 

«Ситуация с коронавирусом крайне неприятна»

— На ваш взгляд, происходящее действительно серьезно, или же отчасти раздуто?

— Все относительно. Но если это происходит во всем мире, то, наверное, вируса действительно стоит опасаться. Не следует бывать в людных местах. Но проблем у нас в стране куда больше, чем только этот вирус. Сколько людей умирает от онкологии, алкоголя, наркотиков… Это куда большая проблема, нежели коронавирус. Все относительно, но в любом случае стараюсь находиться дома и не подвергать опасности себя и близких. Отличное время побыть с семьей дома. Не часто предоставляется такая возможность. 

— Ваше мнение насчет повсеместного запрета спортивных мероприятий? Сейчас витает идея проведения боев в телестудии без зрителей. Ваше мнение?

— Для американского и британского рынка это возможно. Там ТВ платит. Но будем надеяться, что ближайшие недели это все прекратиться. В принципе, студийные бои возможны, но для спортсменов и зрителей — это большой минус.

— Многие боксеры уверяют, что во время выступлений не обращают внимание на зал, его реакцию и атмосферу. Стало быть, бои без зрителей не потеряют в качестве в плане спортивной составляющей?

— В целом, наверное, дело не в атмосфере. Для многих это работа, и если шоу отменят на долгое время, то многие боксеры окажутся в проигрышной ситуации. Просто потому, что у них нет других возможностей заработка. Особенно небогатые спортсмены. Сами же боксеры будут драться в любых условиях — и со зрителями, и без них. И дело не в атмосфере, а в самой ситуации. А ситуация крайне неприятная.

«Олимпийская медаль была моей детской мечтой»

— Что подтолкнуло вас к занятию боксом?

— Все банально. Я родом из Краснодарского края, и у нас в школе была подвальная секция бокса. Был набор, тренер пришел в наш класс. Так я начал заниматься боксом. Занимался 4-5 лет. Другими видами спорта всерьез не увлекался. Правда, играл за школу в баскетбол. Тренер по боксу меня заинтересовал, никто не подгонял. Это был мой выбор, его поддержали и родители, и близкие. В определенной степени, мне удалось реализоваться. Но думаю, что более громкие и значимые победы впереди.

— Какой был побуждающий мотив к занятию боксом?

— На первую тренировку пришел весь класс, на вторую – половина. Девочек в те времена вообще не брали. Долгое время бокс являлся для меня хобби, развлечением. Мне нравилось тренироваться, ездить по соревнованиям. Любил смотреть бои, секундировать вместе со своим первым тренером. Занятия боксом доставляли удовольствие, никогда не пропускал тренировки. Для меня было настоящей трагедией, когда мать запрещала ходить на бокс из-за плохих оценок в школе. И старался подтянуть учебу. С боксом живу фактически всю сознательную жизнь.

 — Мама была против?

— По началу, категорически, затем, говорила, что он мешает учебе. Она до сих пор переживает. После боев всегда интересуется моим самочувствием. Самое главное, что родители поддержали меня в переломный период жизни: когда школа подходила к концу, они позволили мне сделать собственный выбор.

— Отношение мамы изменилось после завоевания олимпийского золота?

— Олимпийская медаль была моей детской мечтой. Мало кто верил, но все надеялись. Думаю, что моя мама изменила отношение задолго до Олимпиады. 

«Весь поток пришел посмотреть на мою защиту диплома»

— Вы закончил Горный институт НИТУ «МИСиС». Затем поступили в магистратуру на кафедру физкультуры, а еще — в аспирантуру на кафедру машиностроения. Сложно было совмещать спорт и учебой?

— Вуз создал мне отличные условия — предоставили общагу, институт всегда шел мне навстречу. И мне отлично удавалось совмещать учебу с занятием боксом. Лекции посещал нечасто, из-за огромного числа сборов. Но диплом защитил на уровне. Весь поток собрался посмотреть на мою защиту. У меня вышло гораздо лучше, чем у многих однокурсников.

— Представляете, что когда-нибудь будете работать по специальности горного инженера?

— Не думаю. Хотя все меняется… Правда, не думал об этом. Пока мне тяжело это представить. 

— А почему выбрали такую специальность?

— У меня никогда не было тяги к мошенническим экономическим специальностям. Технические профессии всегда нравились больше. Но на первом месте находился бокс.

— А еще вы являетесь сержантом полиции…

— Для единоборств – обычная история. Представлял ГУВД Санкт-Петербурга, выступал за общество «Динамо». Там мне тоже очень сильно помогли. Чуть позже представлял ФСО, когда служил в армии, был в их спортклубе.

«Профессиональный бокс — большая трата здоровья»

— Вы упомянули, что когда начинали, девочек не брали в секцию бокса. Как относитесь к женскому боксу?

— Они занимаются хорошим делом. Пусть занимаются боксом и единоборствами, главное, чтобы не во вред здоровью и семье. Профессиональный бокс — большая трата здоровья. Это сложно и физически, и психологически. Много травм, в том числе и эмоциональных. Но если нравится, почему бы нет. Но свою дочь в единоборства я бы не отдал. Хотя против женского бокса ничего не имею.

В спорте ты тратишь и здоровье, и молодость, и школьные годы. Но лучше так, чем просто прожигать жизнь, как многие молодые люди, девушки, студенты, живущие без мечты и цели. Недавно вспоминал, что в студенческие годы у меня на тренировки уходило до 10 часов в день, включая дорогу до спортзала. 

— Помните первый бой в жизни?

— Это было в Тихорецке. Все мои первые поединки складывались тяжело. В первых четырех боях одержал лишь одну победу. Будучи ребенком, долго впитывал информацию. На то, что у других детей получалось впитать за год, у меня уходило года три. А позже все начало получаться.

— Насколько мотивирующими были эти первые поражении?

— Я на них не обращал внимания. Была мечта стать олимпийским чемпионом, но текущие цели были менее глобальными — стать чемпионом Краснодарского края, получить бесплатную экипировку, стать призером страны, поехать на сборы… Когда достигал эти цели, ставил новые. А поражения, наверное, дают больше опыта, нежели победы. Некоторые — как десять побед. Благодарен судьбе, что так сложилось.

— Кто были ваши кумиры?

— Бои смотрел. Ночью просыпался и к бабушке ездил: у нее показывали нужные каналы, которых не было дома. В разное время были свои кумиры. Нравился Рой Джонс. Позже даже купил диски всех его боев. Видел много поединков Тайсона — почти все. Одно время мне нравился Мигель Котто. В ряде поединков у него были переломные моменты, в которых он проявлял характер. Смотрел Пакьяо и Мейвезера, Костю Цзю. Сейчас уже кумиров нет, но всегда смотрю и поддерживаю наших бойцов.

— Кого-то из кумиров можете назвать своим учителем?

— Нет, учителями и примером всегда были мои тренера. Все, что умею, их заслуга. Опыт других боксеров не перенимал.

«Игры в Рио для нашей сборной вышли очень сложными»

— Путевку в Рио от России получили не только вы, но и Алексей Егоров. Почему взяли вас?

— На Олимпиаду меня повезли, думаю, благодаря личным встречам. Я несколько раз выигрывал у Егорова на чемпионатах России. На момент Игр был действующим чемпионом мира и Европы, а также России. Поэтому вопросов не возникло –  был рад представить в Рио нашу страну и Белгород. 

— Реванш с Егоровым в профессионалах рассматриваете?

— Нам интересны любые бои. И междусобойчики между россиянами, в первую очередь, интересны российской публике. В будущем это вполне возможно. Посмотрите, американцы и британцы между своими устраивают мегафайты. Сейчас в России как бизнес это работает плохо, но в дальнейшем, наверное, возможно. У нас много боксеров в первом тяжелом весе. Сейчас будут драться Дмитрий Кудряшов с Русланом Пфайффером — крутой бой для России. Все ждут, всем интересно. 

— Концовка вашего финального боя в Рио Василием Левитом из Казахстана оставила неприятное послевкусие. На церемонии награждения в зале свистели.

— Первое впечатление вышло смазанным… Но многих моментов обычный зритель не знает. Он не знает, как мы готовились, в каких условиях. Скандалы вокруг мельдония, которым сначала все пользовались, а потом его запретили… Долго время царила неопределенность с допуском нашей команды на Олимпиаду. Для нашей сборной Игры в Рио вышли очень сложными в психологическом плане. Очень много факторов не позволили подготовиться на все сто.

Тот бой с Левитом пересматривал не один раз. На мой взгляд, восприятие боя во многом зависело от комментаторов. Некоторые из них видели и мои положительные моменты. А сам поединок был равным. И хотя первый раунд мне не отдали, не считаю, что его проиграл. На мой взгляд, провальным вышел третий раунд, который отдали мне. Это и вызвало споры. А кое-кто из комментаторов находил исключительно положительные стороны в выступлении Левита, от чего сложилось скомканное впечатление. В любом случае, бой вышел спорным, но думаю, что если все пять судей отдали в нем победу мне, то это можно назвать логическим завершением. Смысл сейчас к этому возвращаться? Прошло четыре года, я олимпийский чемпион, у меня новые цели и новая жизнь. А в любительском боксе доказал все, что хотел. 

«У профи требуется качество, а не количество»

— В любителях вы выиграли все что возможно. Обычно олимпийские чемпионы переходят в профи сразу же после Игр. Вы это сделали два года спустя. Почему?

— Наверное, хотел еще что-то доказать себе в любителях — съездил еще на чемпионаты Европы и мира. Но после мира понял, что нет уже того запала, того голода и той энергетики, которые испытывал пятью-шестью годами ранее. Задумался о переходе в профи, пообщался с американскими и британскими промоутерами, и в итоге решил начать профессиональную карьеру в компании РМК на Урале. Там нам создали прекрасные условия. Думаю, что со временем выйдем на новый уровень, начнем проводить большие бои за рубежом.

— Насколько участие в турнире WSB повлияло на ваше решение стать профессионалом и насколько помогло в этом?

— Там я дрался несколько сезонов и провел десять боев. Но, все равно, это любительский бокс — в профи другой формат и другие правила. Я со своим новым тренером Александром Викторовичем Золкиным заново открыл бокс. Это абсолютно разные виды. И не просто даются мне первые шаги в профи, это даже со стороны видно. Но думаю, что у меня еще есть немного времени, чтобы сделать выводы, добавить, добиться прогресса и показать хороший и яркий бокс в хороших и качественных боях.

— Что вам пришлось изменить в стиле, чтобы адаптироваться к профессиональному боксу?

— Этот процесс продолжается. Создаем команду, способную добиться поставленных целей. В принципе, я пока всем доволен. И работой промоутера, и менеджера, и компанией РМК. Тут дело только в нас самих. В профессиональном боксе и темп боя иной, и качество ударов, и перчатки. Бой ведется на качество, а не на количество. В олимпийском боксе старался нанести по возможности большее количество ударов, побеждал за счет активности. В профи требуется качество. Активность, как таковая, не нужна. Бить следует четко, акцентировано. Выбирать, думать… Когда у меня пойдут более качественные бои, увидим, чему научился за последнее время. Пока, наверное, у меня серьезных проверок не было. Но думаю, что они начнутся уже в ближайшее время. 

— Менее чем за два года вы провели семь боев. Однако только один за пределами России – в США. Не хотелось бы чаще выступать на выезде?

— Мои планы предусматривают выход на американский и британский рынок. Да, пока провел в Америке один бой, но было целесообразней выступать в России. Из Америки не поступало конкретных предложений. Готовились в Екатеринбурге, где созданы все условия. Будут предложения, желательно с телетрансляциями, поедем в любую точку мира. Наверное, не стоит бежать впереди паровоза. Но все движется к этому — весь бизнес там, и мы определенно стремимся драться там. 

«После наших спаррингов Фьюри давал мне советы» 

— В августе 2019 года вы набирались опыта в качестве спарринг-партнёра в тренировочном лагере британца Тайсона Фьюри, который тогда готовился к бою со шведом Отто Валлином.  Что подсмотрели в лагере Тайсона? Чему научились у него в плане подготовки?

— Его команда работает очень слаженно. Он очень серьезно подходит к подбору спарринг-партнеров. Тогда Тайсон боксировал с европейцем левшой, и все его спарринг-партнеры были левши-европейцы. Тренировки и работа во время их очень схожи с нашей. Три раза в неделю проводит спарринги, в остальное время — тактическая работа, лапы-мешки… 

— Удавалось пообщаться с Фьюри в паузах?

— Да, он сам очень активно шел на контакт. Поначалу уходил от этих диалогов из-за недостаточного для свободного общения английского. Но потом привык. Там никто по-русски не говорил, и я стал проще относиться к данной ситуации. Фьюри знал меня, был в курсе о моей любительской карьеры. Он очень приятный в общении мужик. Конечно, ментально они чуть другие и бои умеют раскрутить. Мы так не умеем. А если бы умели, то, наверняка, и зрительский интерес был бы выше. Но мы так не можем — привыкли относится к боксу в первую очередь как с спорту, а не как к бизнесу. Возможно, это тоже когда-то пройдет. 

— Фьюри на тренировки и на публике — это два разных Тайсона?

— Да, это так. На публике он раскручивает бои. Но в личном общении абсолютно адекватный, ничего лишнего не позволяет. А все, что выходит за рамки нормы, делается для раскрутки боев и заработка сумасшедших денег.

— Каково находиться с Фьюри на ринге. Сильный удар? Мало кто верил, что он нокаутирует Деонтея Уайлдера в реванше.

— Он очень быстрый, поворотливый, с отменной координацией движений. Для своих габаритов невероятно быстр. Абсолютно нестандартный тяжеловес. Не думаю, что он ставит перед собой задачу нокаутировать соперника. Но из-за габаритов удар у него все равно выходит сильный. В таких перчатках, при таких габаритах и с такой скоростью он может нокаутировать абсолютно любого. После спаррингов Фьюри мне давал ценные подсказки. Советовал быть более расслабленным, ловить моменты, играть… Скованному спортсмену тяжело проходить дистанцию в 12 раундов. Он приводил пример своего боя с Кличко — за 12 раундов его голова ни разу не застывала на месте, он постоянно ею двигал, вращал, все время был расслаблен и получал удовольствие от работы.

А по поводу реванша с Уайлдером… Думаю, что Деонтей не был готов к этому бою. Считал его фаворитом. У него и оппозиция была сильнее, и последние бои ярче провел.Честно говоря, не уверен, есть ли смысл в их незамедлительном новом реванше. Мне кажется, что у Уайлдера были какие-то проблемы, из-за которых ему не удалось показать себя на сто процентов. Но в третьем бою считаю фаворитом уже Фьюри.

 «Такой джеб, как у Кличко, не помешал бы»

— Иногда ваш стиль сравнивают с манерой Владимира Кличко — из-за сходства в антропометрии, в частности, длине рук.

— Мне нужно выработать в профи-боксе собственный стиль. Над этим сейчас и работаем. Не стремлюсь быть похожим на кого-то. Следует быть похожим на себя. В любителях бил много. Работал в ближнем бою, несмотря на размах рук. Там не ставились задачи использовать преимущества антропометрии. Сейчас же, при наличии богатого любительского опыта, стараемся делать акцент и на физические данные. Теперь есть возможность сосредоточиться на индивидуальной работе, на которую в любителях просто не хватало времени из-за большого количества стартов. Думаю, что в последних боях мой индивидуальный стиль начал вырисовываться.

— Но такой джеб, как у Кличко, хотелось бы освоить?

— Джеб — это одно из главных видов оружия. Конечно, такой джеб хотелось иметь. Он был и очень острый, и Кличко мог им нокаутировать. Но все-таки постараюсь быть похожим на самого себя.

«Для меня очень комфортно то, что моя жена спортсменка»

— В связи с планами выхода на американский и британский рынок учите английский? 

— Пока не учу, но небольшими навыками уже владею. При острой необходимости смогу подтянуть до необходимого уровня. Понимаю, что необходимо для будущих боев. Но мы привыкли решать проблемы по мере их возникновения.

— Как познакомились с женой? История связана с боксом?

— Все банально. С Коринной познакомился на сборах в Кисловодске. Она тоже спортсменка, тхэквондистка, в этом году уже завершила карьеру. Мы долгое время общались, дружили. У нас много общего. В итоге, решили пожениться.

— Чем жизнь семьи спортсменов отличатся о жизни обычных людей?

— Наверное, в виду воспитания и восприятия окружающего мира спортсменам межу собой куда легче найти общий язык, нежели с людьми из других отраслей. Для меня очень комфортно то, что моя жена спортсменка… Я всем доволен! Поначалу у нас не было возможности проводить много времени вместе. Она на сборах, я на сборах. Ну, а сейчас в связи с коронавирусом вместе по 24 часа в сутки. У нас общие интересы, любим путешествовать, активный и экстремальны отдых. По возможности, стараемся куда-то уезжать. Жена с пониманием относится к моему отсутствию на сборах, поддерживает, ждет. 

Источник: news.sportbox.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.